ИнъекцииРетроспективное исследованиеOpen Access

Ангиография с индоцианином зелёным для объективного контроля перфузии после сосудистой окклюзии лица, вызванной филлером на основе гиалуроновой кислоты

Оригинал: Indocyanine Green Angiography for Objective Perfusion Monitoring After Hyaluronic Acid Filler-Induced Facial Vascular Occlusion

Journal of Cosmetic Dermatology2026на сайте с 14 ноября 2026
Читать оригинал ↗

Кратко

Ретроспективное исследование 26 пациентов: ангиография с индоцианином зелёным показала улучшение перфузии кожи после внутриартериальной гиалуронидазы; у двоих с усилением лечения улучшение было минимальным, порога нет.

Подробный обзор по полному тексту статьи · 11 мин чтения

Зачем понадобилось это исследование

Гиалуроновые филлеры широко применяют, и вместе с этим растёт внимание к редким, но тяжёлым сосудистым осложнениям. Сосудистая окклюзия лица после введения гиалуроновой кислоты (ГК) относится к самым серьёзным нежелательным явлениям: при позднем распознавании или недостаточной помощи она может привести к ишемии кожи, некрозу, обезображиванию и потребовать последующего лечения ран или реконструктивных вмешательств. Авторы подчёркивают, что осложнение нечастое, но его последствия могут быть значительными, поэтому важны своевременное распознавание и быстрое вмешательство.

Сегодня диагноз и первичная помощь опираются в основном на клиническую картину: острую боль, побледнение, ливедоидную окраску, замедленное капиллярное наполнение, изменение температуры кожи и нарастающие ишемические изменения. Эти признаки остаются основой решений у постели пациента, но их оценка отчасти субъективна и может меняться в первые часы после лечения. Поэтому трудно объективно определить, насколько нарушено кровоснабжение кожи и восстановила ли его первичная помощь.

Ультразвук и цветное допплеровское картирование помогают увидеть сосудистую анатомию, выявить нарушения кровотока и точнее ввести гиалуронидазу. Однако, как пишут авторы, локализация сосуда не даёт прямых сведений о кровоснабжении кожи в зоне поражения ниже по течению: успешная пункция артерии и доставка препарата не всегда означают, что перфузия кожи восстановилась. Нужен дополнительный способ, показывающий перфузию на уровне ткани до и после лечения, особенно когда клинические признаки неоднозначны.

Таким способом может быть ангиография с индоцианином зелёным (ICGA). В реконструктивной и пластической хирургии её давно применяют для поиска перфорантных сосудов, планирования лоскутов, оценки перфузии во время операции и жизнеспособности тканей; в хирургии лица - для поиска поверхностных височных сосудов и оценки дистальной перфузии лоскутов. Роль метода при филлерной окклюзии, по словам авторов, определена недостаточно. Цель работы - оценить осуществимость ICGA и изучить, как меняются её показатели сразу после первичной помощи и соответствует ли слабое раннее улучшение необходимости усилить лечение.

Как было устроено исследование

Это эксплораторное одноцентровое ретроспективное исследование осуществимости. В него могли попасть пациенты, обратившиеся в клинику авторов с июля 2025 по март 2026 года, с совместимыми клиническими признаками острого сосудистого нарушения и парной ICGA до и после первичной помощи. Диагноз ставили клинически: недавняя инъекция ГК плюс острые признаки сосудистого компромисса. Исследование одобрено этическим комитетом Госпиталя пластической хирургии Китайской академии медицинских наук и зарегистрировано на ClinicalTrials.gov (NCT07581652).

Из 54 оценённых пациентов исключили 28: у 21 окклюзия не была связана с введением ГК, у шести не оказалось полных парных данных ICGA, у одного не хватало сведений о наблюдении. В анализ вошли 26 человек. Природу филлера подтверждали по направлениям, документам об инъекции и записям учреждения, где её делали.

Первичная помощь начиналась по клиническому диагнозу и не откладывалась ради визуализации. Она состояла в чрескожном внутриартериальном введении гиалуронидазы (препарат Shanghai First, 1500 МЕ во флаконе) в предполагаемый сосудистый бассейн по институциональному протоколу авторов. Все включённые получили одинаковую начальную дозу 1500 МЕ. Целевой артерией были лицевая или надблоковая артерия; положение иглы в просвете подтверждали аспирацией крови перед медленным введением. При необходимости ультразвук или допплер использовали только для навигации, а не как эталон для сравнения с ICGA.

Большинство пациентов направили из других учреждений, и многие уже получали местные инъекции гиалуронидазы, но сохраняли признаки ишемии. Авторы подчёркивают, что внутриартериальный путь был выбранной стратегией для этой группы, а привычная ранняя местная терапия гиалуронидазой остаётся основой лечения и откладывать её нельзя.

ICGA выполняли в операционной на системе SPY Elite: внутривенно вводили индоцианин зелёный в дозе по массе тела, промывали физраствором и записывали видео перфузии. Базовое исследование (T0) делали до введения гиалуронидазы, если это не задерживало неотложную помощь, повторное (T1) - примерно через 15 минут после окончания введения. Точные интервалы T1 в ретроспективных записях фиксировали непоследовательно. Чтобы снизить вариабельность, положение пациента, угол и расстояние камеры, настройки, освещение, дозу и скорость введения красителя держали насколько возможно одинаковыми. Анализ вели в программе SPY-Q.

Оценивали три показателя. Скорость притока (ingress rate) - максимальный наклон нарастания флуоресценции, единицы/с. Время до пика (TPP) - интервал от появления флуоресценции до максимума, секунды. Кривая притока (curve ingress) - площадь под кривой флуоресценция-время от начала до пика, единицы·с. Процентное изменение кривой притока считали как (T1 минус T0) / T0 × 100%. Область интереса выбирали в клинически поражённой зоне. Парные сравнения делали критерием Уилкоксона со знаками рангов, значимым считали p<0,05. Основным клиническим исходом назвали усиление лечения (любое дополнительное активное вмешательство при сохраняющейся гипоперфузии или прогрессирующем ишемическом повреждении). Диагностическую точность, ROC-анализ и пороговые значения не рассчитывали.

Кто вошёл в выборку

Среди 26 пациентов было 21 женщина (80,8%) и 5 мужчин (19,2%). Средний возраст 35,15±6,59 года (24-52), средний индекс массы тела 22,60±3,82 кг/м2 (16,85-28,91). Среднее время от инъекции филлера до первичной помощи составило 1,81±1,17 суток (от 1 до 6). До обращения гиалуронидазу местно получили 17 человек (65,4%), и несмотря на это у них сохранялись признаки сосудистого компромисса; базовая ICGA показала остаточные дефициты перфузии в поражённой зоне.

Поражённые области: носогубные складки у 13 пациентов (50,0%), лобная область у шести (23,1%), нос у трёх (11,5%), верхняя губа у двух (7,7%), глабелла у двух (7,7%). Целевая артерия: лицевая у 18 человек (69,2%), надблоковая у восьми (30,8%). Марка филлера, техника и объём инъекции, точная доза предыдущей гиалуронидазы документированы неполно, поскольку инъекции делали в других местах, и в количественный анализ эти сведения не вошли.

Что показала ICGA после лечения

После первичной внутриартериальной терапии все три показателя изменились в одном направлении, что, по мнению авторов, говорит об общем ответе реперфузии, а не о случайном колебании одного параметра. Медиана скорости притока выросла с 12,50 (межквартильный размах 7,30-15,35) до 16,20 (10,60-21,20); медиана изменения 4,85 (3,00-8,57), p<0,001. Медиана времени до пика сократилась с 31,46 с (25,14-38,14) до 23,87 с (17,20-30,35); медиана изменения минус 6,09 с (от минус 11,69 до минус 3,93), p<0,001. Медиана кривой притока выросла с 63515,95 (45364,60-75534,45) до 77862,55 (58892,07-85363,50); медиана изменения 14432,45 (9891,28-20269,65), p<0,001.

Диапазоны индивидуальных значений широки. Скорость притока на T0 была 1,40-24,30 ед/с, на T1 4,70-34,00 ед/с, изменение 0,80-15,10 ед/с. Время до пика на T0 20,13-47,47 с, на T1 12,40-36,93 с, изменение от минус 16,67 до минус 1,20 с. Кривая притока на T0 23984,60-96911,90, на T1 32587,90-124752,30, изменение 114,70-29823,30 ед·с. Медиана процентного изменения кривой притока составила 26,55% (15,24-35,12%), индивидуальные значения от 0,14% до 72,25%. Большинство пациентов продемонстрировали улучшение.

По клиническим исходам по последней доступной записи: зажили без видимых последствий 22 пациента (84,6%), с рубцом один (3,8%), с гиперпигментацией трое (11,5%). Это описательные данные одной группы без контроля, поэтому из них нельзя судить, какую долю исходов обеспечила именно внутриартериальная гиалуронидаза или какую долю дал мониторинг.

Пациенты, которым пришлось усилить лечение

Усиление лечения потребовалось двум пациентам из 26 (7,7%). Обоим его провели через 48 часов после первичной помощи из-за сохраняющейся локальной гипоперфузии и прогрессирующего ишемического повреждения: одному повторили внутриартериальную гиалуронидазу и затем сделали хирургическую обработку раны (дебридмент), другому только повторили внутриартериальную гиалуронидазу.

У этих двух пациентов были самые низкие процентные изменения кривой притока в группе: 0,14% и 1,57%. Минимальное раннее улучшение сопровождалось клиническими признаками сохраняющейся гипоперфузии. Кроме того, у них был самый долгий интервал от инъекции до помощи - 4 и 6 суток при медиане по группе 1,50 суток. Авторы допускают, что длительное сосудистое нарушение могло вызвать повреждение микрососудов, воспаление, отёк или вторичный тромбоз вокруг эмбола из ГК и тем самым ограничить реперфузию, но подчёркивают, что гистологических, ангиографических и стандартизованных допплеровских данных нет, поэтому объяснение остаётся предположением.

Важная оговорка: несколько пациентов имели лишь скромное положительное раннее изменение, но выздоровели без усиления лечения. Поэтому процентное изменение кривой притока нельзя использовать как самостоятельный порог для решений. Скромный прирост на раннем сроке может отражать начальную фазу продолжающейся реперфузии, особенно если клиническая картина стабилизируется. Порог не выводили, а два случая - слишком мало, чтобы говорить о закономерности.

Безопасность

Нежелательных явлений, связанных с лечением, включая осложнения процедуры и реакции на индоцианин зелёный, в ходе вмешательства и за доступный период наблюдения зафиксировано не было. Авторы считают это предварительным подтверждением безопасности процедуры в данном контексте, но отмечают, что исследование не рассчитано на выявление редких нежелательных явлений и что ICGA следует применять с учётом стандартных противопоказаний и протоколов учреждения. Продолжительность наблюдения указана как доступная по документации, единого срока в тексте нет.

Как авторы трактуют результаты

Главную ценность ICGA авторы видят в возможности показать и измерить кровоснабжение кожи ниже по течению после вмешательства. Метод дополняет клинический осмотр, а не заменяет его: диагноз и неотложная помощь остаются клиническими, и лечение при подозрении на окклюзию нельзя откладывать ради визуализации. В описанном протоколе ICGA встроили в обычный порядок помощи так, чтобы она не задерживала процедуру.

От ультразвука и допплера ICGA, по мнению авторов, отличается тем, что показывает перфузию кожи, а не только анатомию сосуда и проходимость; при этом ультразвуковая оценка отчасти зависит от оператора. Авторы допускают, что ICGA особенно полезна, когда клиническая картина неоднозначна, объём ишемии трудно определить или реперфузия кажется неполной. Другие методы, такие как суперселективный внутриартериальный тромболизис и цифровая субтракционная ангиография, упоминаются для тяжёлых случаев, в том числе с угрозой зрению; по сравнению с ними ICGA лучше подходит для повторной периоперационной оценки поверхностной перфузии кожи. Это выводы авторов, прямого сравнения в работе не проводили.

Авторы также объясняют выбор внутриартериального пути гиалуронидазы: у направленных пациентов местные инъекции уже не помогли, а повторные местные инъекции в уже скомпрометированную ткань, по их мнению, могут повысить тканевое напряжение и усугубить вторичное повреждение. Они прямо пишут, что оптимальный путь и протокол введения должны определить более крупные сравнительные исследования.

Наконец, момент повторной ICGA важен. Более поздняя или серийная съёмка могла бы показать больший прирост у части пациентов, особенно с умеренным ранним улучшением, поэтому исследование не определяет оптимальное время повторной ICGA.

Ограничения и расхождения в тексте

Авторы называют ограничения сами: ретроспективный дизайн одного центра с риском смещения отбора и ограниченной обобщаемостью; всего два случая усиления лечения, так что предиктивный порог установить нельзя; ультразвук и допплер служили для навигации, а не как эталон, количественные ультразвуковые параметры не фиксировали, поэтому согласованность с ICGA не оценивали; решения о лечении принимали в рутинной практике, и они отражали и тяжесть, и мнение врача; сведения о филлере, технике и сосудистой территории неполны; на измерения могут влиять выбор области интереса и условия съёмки.

К этому можно добавить то, что видно из самого текста. Нет контрольной группы без ICGA или без внутриартериального введения, поэтому нельзя отделить эффект лечения от естественной динамики за 15 минут и от влияния предыдущих местных инъекций. Площадь области интереса не измеряли, а абсолютной нормализации интенсивности не было, поэтому показатели интерпретируют как парные изменения внутри пациента, а не как абсолютные значения, сопоставимые между людьми. Все получили одну дозу 1500 МЕ, поэтому зависимость от дозы не изучали. Интервал T1 записан как «примерно 15 минут», а точные значения не фиксировали. Поскольку большинство пациентов обратились на 1-6 сутки, выборка отражает отсроченные случаи после неудачной местной терапии, а не раннюю помощь.

Расхождения и неточности внутри источника. Во-первых, в разделе об этике сказано, что соблюдались рекомендации по уходу за лабораторными животными, хотя исследование проводили на людях; это похоже на шаблонную фразу. Во-вторых, средний интервал до помощи указан как 1,81 суток, а для сравнения двух пациентов с усилением лечения приведена медиана 1,50 суток - это разные статистики, а не ошибка. В-третьих, медиана процентного изменения кривой притока (26,55%) не равна отношению разности медиан к медиане T0: по приведённым в таблице медианам получается около 22,6% (расчёт составителя), так как медиана отношений не совпадает с отношением медиан. Сведений о финансировании нет: авторы указали, что им нечего сообщить, конфликта интересов нет.

Что это значит для практики (соображения составителя)

Далее - общие соображения составителя, а не выводы статьи. Исследование показывает осуществимость метода и описывает динамику показателей у 26 пациентов; оно не доказывает, что ICGA улучшает исходы, и не даёт критерия, по которому можно решить о повторном вмешательстве. Для косметолога главное практическое следствие остаётся прежним: при подозрении на сосудистое осложнение филлера (сильная боль, побледнение, сетчатая окраска, замедленное наполнение капилляров) помощь нужна немедленно и по клиническим признакам, а перенаправление пациента в учреждение с нужными возможностями не стоит откладывать. Авторы сами пишут, что ICGA не является обязательным условием начала лечения.

Метод требует специализированного оборудования (в работе использовали систему SPY Elite) и операционных условий, поэтому он рассчитан на стационары, а не на кабинет косметолога. Решения о лечении принимает врач, и ни один показатель ICGA из этой работы нельзя использовать как самостоятельный порог. Авторы призывают к проспективным исследованиям со стандартизованными клиническими и визуализирующими эталонами, серийной ICGA и более крупными выборками.

Термины

ICGA (ангиография с индоцианином зелёным)
Метод визуализации: краситель вводят внутривенно, камера записывает его флуоресценцию, и по ней оценивают приток крови к ткани.
Скорость притока (ingress rate)
Максимальный наклон нарастания флуоресценции; чем выше, тем быстрее кровь заполняет ткань.
Время до пика (TPP)
Время от появления флуоресценции до её максимума; сокращение означает более быстрое заполнение.
Кривая притока (curve ingress)
Площадь под кривой флуоресценция-время от начала до пика; растёт при улучшении перфузии.
Внутриартериальная гиалуронидаза
Введение фермента, расщепляющего гиалуроновую кислоту, непосредственно в питающую артерию, а не в ткань.
Усиление лечения (treatment escalation)
Любое дополнительное активное вмешательство после первичной помощи при сохраняющейся гипоперфузии или прогрессирующем повреждении.
Критерий Уилкоксона
Непараметрический тест для парных сравнений, подходящий для небольших выборок с несимметричным распределением.

Похожие запросы

сосудистая окклюзия филлерыгиалуроновая кислота

Обзор подготовлен по полному тексту статьи, пересказан своими словами и не заменяет оригинал. Перед применением в практике сверяйтесь с оригиналом и клиническими рекомендациями.

Оригинал: Li G, Zhou G, Wang M, Ding H, Yu C, Fu Q, Chen M. Indocyanine Green Angiography for Objective Perfusion Monitoring After Hyaluronic Acid Filler-Induced Facial Vascular Occlusion, Journal of Cosmetic Dermatology, 2026. Опубликован по лицензии Creative Commons Attribution (CC BY). Изменения: пересказ и перевод на русский язык, внесены редакцией сайта.